Как-то в начале июня я приехал половить спиннингом щук на небольшое озеро близ железнодорожной станции Чебула. Кроме щуки, в нем есть окунь, плотва, верховка. Озеро довольно глубокое, у берегов заросло камышом и осокой.
По всему водоему раздавались всплески - щука играла! Однако клева не было. Моя тяжелая колеблющаяся блесна хлестала зеркальную гладь воды безрезультатно. В своей неудаче я винил прежде всего верховку, которой кишели прибрежные заросли. У нее шел нерест. Щука объелась ею и не обращала внимания на блесну. Наконец, мое терпение лопнуло, и я решил наловить хотя бы окуней. Солнце поднялось высоко, но я не терял надежды поймать на уху.
Ловля окуней на озерах имеет свои особенности. Эти хищники держатся в зарослях у берегов и на мелководье, а на глубине, где мало травы, их нет. Здесь их можно искать только поздней осенью. Летом же мелкие и средние окуни заполняют мелководья, откуда спиннингом их достать трудно. Надо искать подходящее место - изогнутый берег, мысок, выступ, поточнее делать заброс и аккуратно вести блесну у берега, используя "окна" между листьями кувшинок. С лодки это делать удобнее.
Поставил катушку с тонкой леской, подвесил легкое грузило, поводок поднял повыше и привязал блесну с узким серебристым лепестком. Получилась прекрасная снасть, с которой я и отправился бродить вокруг озера, делая частые забросы и очень медленную проводку. Так я вышел к мелководью, которое переходит в болотце. Здесь мне и повезло: четыре окуня, один за другим, оказались в сумке.
Очередной заброс - и снова поклевка, но после подсечки я ощутил непривычную легкость - рыба промахнулась. Заброс, снова поклевка, подсечка и... промах! Клев был прекрасный, рыба хватала блесну почти с каждого заброса. Однако после поклевки происходили необъяснимые сходы и пустые хватки. Изредка удавалось подсечь и вывести небольших окуней, но ощущение было такое, что клевал не отчаянный окунь, а привередливый карась. Такое я наблюдал впервые.
Разгадка пришла неожиданно. После очередной подсечки на блесне забилось что-то солидное, и я решил, что это неплохой окунь. Каково же было мое удивление, когда вместо полосатого показался серебристый бок, а затем в руках у меня оказалась плотва. Крупная, с синеватым отливом чешуя так и сверкала на солнце! Изо рта рыбы торчала лишь застежка блесны, все остальное она успела заглотить. После нескольких пустых поклевок на блесне вновь забилась плотва, но эта была поменьше. Вскоре клев прекратился.
А щуку я в этот раз тоже поймал. Взяла она у самого берега, на ту же вращающуюся блесну...
Перечитывая "Жизнь и ловлю пресноводных рыб" Сабанеева, я обратил внимание на такое утверждение классика, касающееся плотвы: "Искусственная насадка, какая бы то ни была, для этой рыбы совершенно непригодна". Так что надо признать: за истекшие сто лет изменились не только мы, но и рыбы!